Актуальность. Виды и признаки расстройств пищевого поведения (РПП) многообразны, они сопровождаются сопутствующими заболеваниями. Это может приводить к длительной диагностике, сложностям лечения, высокому риску осложнений, что существенно влияет на качество жизни больных.

Описание клинического случая. Девочка М., 10 лет. Со слов отца, ограничения в питании появились в декабре 2021 г. на фоне высказываний одноклассников, что «она некрасиво кушает». В январе 2022 г. консультирована неврологом, установлен диагноз: Невротический синдром, назначена психотерапия. Через 2 нед девочка полностью отказалась от питания и приёма жидкости; хирургом по месту жительства был установлен назогастральный зонд. В июне 2022 г. поступила в Центр изучения РПП на стационарное лечение с жалобами на полный отказ от приёма пищи и воды через рот. Антропометрические данные на момент осмотра: рост — 131 см (Z-score = –1,31); масса тела — 19 кг; индекс массы тела — 11,07 (Z-score = –5,50). Установлен диагноз: F50.0 Нервная анорексия. Начато психиатрическое лечение, оказывалась нутритивная поддержка. В разговоре с психологом продолжала высказывать мысли «быть анорексичкой». Во время нахождения в стационаре больная неоднократно самостоятельно извлекала назогастральный зонд, травмируя желудок. В июле 2022 г. дважды была госпитализирована в отделение реанимации ДГКБ № 9 имени Г.Н. Сперанского с желудочно-кишечным кровотечением. В августе 2022 г. установлена гастростома, на фоне ухудшающегося состояния больная была введена в искусственную кому. Больная из комы не вышла, наступил летальный исход.

Практическая значимость. Представленный случай свидетельствует о том, что для своевременного оказания медицинской помощи необходимо раннее выявление детей с РПП.